Скифов и сарматов отождествляли со славянами такие историки, археологи и публицисты как Ю. И. Венелин, Д. И. Иловайский, Д. Я. Самоквасов, И. Е. Забелин, П. Шафарик, А. Д. Чертков, А. С. Лаппо-Данилевский, В. М. Флоринский. Добавим что скифо-сарматской гипотезы происхождения славян придерживался Академик РАН, доктор исторических наук Рыбаков, а также чешский историк-славист, археолог, этнограф и лингвист Любор Нидерле. Но оказывается, что эта гипотеза была объявлена историками устаревшей, поскольку, в частности, языки этих групп народов относятся к разным ветвям индоевропейской языковой семьи (!). Якобы лингвисты доказали абсурдность данной гипотезы. Согласно официальной истории скифы существовали более 1000 лет на обширнейших территориях Евразии. Потом «внезапно исчезли» около 4-5-го века н.э. Супер этнос в моменте растворился в других народах. И, любопытно, что примерно в то же самое время «внезапно появились неизвестно откуда» на той же территории славяне. 
Но давайте поговорим о мифе ираноязычия скифов. Следует отметить, что каждый объективный исследователь, не имеющий никакого намерения тенденциозно принижать обоснованность позиции апологетов означенной теории, не сможет не обратить внимания на такую её особенность, что возникла она и базируется только на сомнительного уровня этимологиях отдельных скифских имён и топонимов, дошедших до нас в иноязычной фонетической передаче (древнегреческой, персидской, латинской и др). Немаловажный факт, что таких слов совсем мало. То есть на сегодняшний день историки не знают языка скифов. Скифские слова иранистами объяснялись следующим образом: выбирался какой-либо зафиксированный в письменных памятниках антропоним, этноним или топоним, затем к нему произвольно подыскивалась похожая по звучанию лексическая единица из осетинского языка. При отсутствии подходящей лексемы в осетинском, обращались к другим иранским, при отсутствии таковой в иранских, использовали данные индийских языков, если и после этого не находилось подходящей лексемы, обращались к данным и других индоевропейских языков. Как говорится – “не мытьём, так катаньем”. И затем следовало считать, что подвергшееся таким сопоставлениям скифское слово “так-то” переводится с осетинского языка. Этим методом, если с не большим, то не с меньшим успехом можно сопоставлять со скифскими словами лексические единицы и других языков мира, и при определённом созвучии объявлять скифские слова переведёнными с этих языков.
Для корректности этимологии, оправданности использования какого-либо языка в роли источника, на основе которого можно объяснять неизвестное слово, следует аргументировать возможную связь данного языка с объясняемым словом. Это может быть географическое тождество или близость, культурное или религиозное воздействие, через которое влияние данного языка могло проявиться в переводимом слове. У осетинского языка ни какой подобной близости к языку восточно-европейских, или же, сибирских скифов в обозримом прошлом неизвестно. Поэтому, попытки объяснять скифские слова на основе осетинского языка следует квалифицировать, как вид досуга развлекательного характера, который к науке никакого отношения не имеет. Несмотря на это, сторонники теории “ираноязычия скифов” упорно пытались этимологизировать скифские слова на желаемый им лад, с последующим внесением результатов таких упражнений в разряд научных аргументов. Странность означенного подхода заключалось и в том, что игнорировались, как основа для этимологии реально существующие языки Восточной Европы, Причерноморья, Волго-Уралья, Сибири и Алтая, где в основном и обитали скифские племена, и обращались к данным удалённого от этих территорий осетинского языка.
Ираноязычие скифов должно (или не должно) оказаться результатом исследования, однако это уже закладывалось в условие задачи политизированными учеными, которые не из фактов делают выводы, а подгоняют сами факты под заранее сделанные выводы, а если факты противоречат им — то тем хуже для самих фактов. По сути это является подгонкой будущего ответа под формулируемые заранее положения. И всё бы ничего, если бы подобные “ирановедческие” изыскания, а точнее – откровенные причуды не стали бы на академическом уровне утверждать в качестве научных аргументов и аксиом. А вслед за этим многие – и специалисты, и обыватели не стали и всерьёз полагать, что скифские племена были ираноязычными. Таким образом, отсутствие необходимой методологии, а точнее – её игнорирование определило возможность появления и проникновения “скифо-иранской теории” в историографию.
Наиболее известным и авторитетным ученым-основополжником теории ираноязычия скифов в XX веке стал профессор В. И. Абаев (1900—2001). Основные тезисы теории развиты в его монографии “Осетинский язык и фольклор” (1949 г.). В результате “этимологий” скифских слов, представленных В. И. Абаевым. появились на свет слова, не существовавшего никогда в действительности, “иранского скифского языка”.
Так и предшественниками, В. И. Абаевым игнорировался междисциплинарный метод научного анализа, в результате чего этимологии получились весьма оригинальными, наглядно демонстрирующими то, что получается, когда из слова хотят выудить, то чего в нём нет: в данном случае заставить его быть непременно иранским. Приведённые ниже имена принадлежали взрослым и свободным людям, не детям и не рабам, но если верить этим переводам “иранистов”, скифы носили очень странные имена. Некоторые типичные примеры: Шестиголовый, Безголовый, Волкоед, Стриженный, Достойный смеха, Имеющий здоровую жену, Имеющий чёрные думы, Имеющий 8 ослов, Имеющий зубы как долото, Добывающий шерсть оленей, Овца (мужское имя), Донской Варазмак, Смуглый Созир, Невредимый утром, Тугоухий и т. п.
Название местности в Крыму у Птолемея – Харадз, по Абаеву означает – Осёл. Почему? Потому, что похоже на осетинское хараг, авестийское хара, персидское хар – осёл. Никаких других обоснований не приведено. Довольно странными были имена у скифских царей: Сакесфар – Имеющий оленью челюсть, аланский царь Кандак – Холст, Еохар – Просоед. Племя Торекадаи – Супоеды.
Было бы понятно, если наречение подобными именами являлось традицией скифо-сарматов, но оказывается другие скифские цари носили весьма пышные имена: Стальноконный, Имеющий арийский облик, Получающий первую награду и т. п.. (Мизиев И. М., 1990 г.)
О степени серьёзности подобной, при этом, главной “научной” аргументации иранистов, каждый может делать выводы сам. Зная же научный уровень самого В. И. Абаева, такие его этимологии следует считать дальновидной иронией, учитывающей весь последующий крах искусственно навязываемой скифо-иранской парадигмы.
Действительно — «фантастичность и надуманность», и трудно наверно подобрать более точные определения для «теории ираноязычия скифов». Если не брать в расчёт возможную неосведомлённость авторов-основоположников данной «теории», о каком ираноязычии скифских племён изначально можно было ставить вопрос? Когда в наличии тот красноречивый факт, что на основном ареале их обитания — огромном пространстве Евразийского континента от Дуная до Байкала, включая территории Болгарии, Румынии, Молдовы, Украины, Крым, Предкавказье, Поволжье, Урал, Казахстан, Сибирь, Алтай, нет ни одного, даже малочисленного ираноязычного народа, народа-изолята, наличие которого прямо или косвенно свидетельствовало бы о присутствии в предыдущие эпохи более значительного ираноязычного пласта.
Сибирь и другие отмеченные территории представляют собой весьма удобные области для сохранности даже малочисленных народов, но ираноязычных нет вообще. В классической физике главный признак ненаучности какой-либо теории — противоречие закону сохранения энергии. Гипотеза, что, например, на Урале или Сибири в античности жили именно ираноязычные народы — такой показательный пример. На этом огромном пространстве издревле наличествуют автохтонные народы различных языковых семей, но иранского, нет ни одного. Почему? Потому что никогда и не было.
Картина Мира
